11:46 

Я пришла немного расшевелить соо)

Сесна С. [DELETED user]
Нужно сказать, во "Мстителях" у меня всего четыре любимых персонажа: Бартон, Коулсон, Беннер и Локи.
А с последними двумя у меня связано два... нет, вру - три, основных кинка: 1. они пара, 2. Локи по какой-либо причине находит решение проблемы с Халком без устранения оного совсем, 3. Локи скорее мифологический, чем кинонный и у него есть дети - Хель, Фенрир и Ёрмунганд. Слейпнир и сыновья от Сигюн - опционально. К чему я веду?.. А вот к этому:

Название: Резоны богов
Автор: Сесна С.
Бета: сама себе бета
Фандом: Мстители
Жанр: немного мистики, драма
Пейринг: Коулсон, Беннер, Локи (за кадром)
Рейтинг: G
Направленность: пре-слэш
Размер: драббл, 920 слов
Дисклеймер: не мое, не претендую, выгод не получаю.
Предупреждение: ООС, возможно даже dark!Беннер

– Он пел мне, – говорит Брюс Беннер, мягко улыбаясь. – Он просто пел мне.
Стул для допросов удобный, слишком удобный – чтобы из него было невозможно подняться быстро. Беннер и не пытается. Его поза непринуждённа, он откинулся на спинку, руки опираются локтями на подлокотники, кисти расслабленно свисают. Агент Филипп Коулсон не может припомнить, чтобы когда-то прежде видел Беннера таким... мягким.
– Брюс, – говорит Коулсон негромко, пытаясь спрятать растерянность за увещевающим тоном. – Брюс, вы же не можете не понимать, что Локи преступник. У всех наших агентов есть приказ стрелять на поражение. Не вступая в переговоры. Он использует всё и всех, кто попадется под руку, он опасен!.. Почему вы его покрываете?
– Филипп, простите, – с искренним раскаянием в голосе отзывается Беннер. – Я прекрасно знаю, как вы относитесь к Локи, и полностью признаю ваше право на это отношение... но мне нечего вам сказать. Да, я встречал его, и да – я его не тронул. Но я и не помогал ему.
– То есть, он просто пришёл к вам... спеть? – устало спрашивает Коулсон. Сперва Филиппу было страшно – как было бы страшно любому, кто знает, что скрывается под этой интеллигентной внешностью, но броня умиротворения Беннера настолько непробиваема, что скоро страх сменила глухая досада и усталость.
– Ну... если огрублять, то – да.
Коулсон вздыхает, прикрывая глаза рукой.
– О чём же он вам пел, Брюс?..
Беннер шевелится в кресле, заставляя собеседника настороженно распахнуть глаза. Но Брюс лишь выпрямляется, на его лице по-прежнему спокойное выражение благодушия.
– Он пел мне о том, как первостихии родились из тьмы. Он пел о девяти мирах, дремлющих на ветвях мирового древа. О том, как из мрака рождаются новые души. О том, как, прожив жизнь, они уходят дальше. Он пел о тьме, что рождает жизнь. О смерти, которой нет. Он пел мне о равновесии...
Беннер говорит, и голос его звучит певуче, плавно, и на миг Филиппу кажется, что он слышит отзвук тех песен. А потом Беннер на секунду замолкает, и внезапно спрашивает:
– Вы помните Хель, Филипп?
– Что?
– Кого. Хель, дочь Локи, госпожу мёртвого мира? Локи говорил, вы очень приглянулись ей. Она даже согласилась вас отпустить... на время.
Воображение – или память? – словно в сговоре с Брюсом, на миг подбрасывает картинку: сумрачный зал, уходящие в никуда резные колонны цвета кости, трон, ощетиненный позвонками чьих-то хребтов. На троне полускрытая тенью фигура, не понять даже, мужчина или женщина. Справа от Филиппа стоит Локи...
– У Локи нет детей, – с усилием размыкая губы отзывается Коулсон. Грудь ноет там, где остался шрам от жезла.
– Вы говорите так потому, что так вам сказал Локи, Филипп? – спрашивает Беннер, чуть склонив набок голову. В его глазах на миг мелькает зелёный отсвет.
– Так сказал Тор.
– О, не стоит верить богам, агент Коулсон, особенно асам!.. – неожиданно смеётся Брюс. Смех у него грудной, низкий, рокочущий. – С тех пор как они обманули йотуна, строившего им Стену, ложь перестала быть для них чем-то... недоступным. Тем более, ложь смертным.
Коулсон не знает, что можно ответить на это заявление. Не скрываясь, трёт основанием ладони грудь: шрам болит той болью, какая бывает при обморожении.
– А вам, значит, сказали правду? – спрашивает Филипп наконец.
– Какую-то её часть. Хотя наверняка тоже очень небольшую, – равнодушно пожимает плечами Беннер. – Всё, что мне нужно знать, я знаю.
– И что же вы знаете?
– Что Локи помог мне.
Коулсон молчит.
– Я не знаю, каковы его настоящие причины, – мягко продолжает Беннер. – Мне всё равно. Но он помог мне.
– ...Как? – тихо спрашивает Филипп.
– Вы знаете, сам того не подозревая, я создал жидкую магию, – задумчиво говорит Брюс. Снимает очки, принимается протирать стекла безупречно белым платком. Выдыхает: – Магия... Она течет в моих жилах, она стала частью меня. Всего одно... действие, зато выполняемое безукоризненно. Превращение энергии в материю – и обратно. Вас никогда не удивляло, что Халк во много раз массивнее меня? Откуда берётся эта масса?.. Куда она девается, когда Халк уходит?..
Коулсон молча качает головой. Отступивший было страх перед этим человеком возвращается, но теперь этот страх иного свойства.
– Локи напомнил мне о равновесии, – говорит Беннер. – Он рассказал мне о том, как разум правит магией – чтобы магия не правила разумом. Он дал мне власть над Халком.
– А что он попросил взамен? – спрашивает Филипп чуть слышно, но Брюс различает его слова в тишине комнаты.
– Взамен?.. – переспрашивает Беннер. На его губах расцветает усмешка: мягкая и страшная. Страшная своей неуместностью на этом лице. – Он попросил моей веры. Моего служения. Моей любви. Боги – ничто без тех, кто в них верит. Вот зачем они приходят на Землю, вот зачем они напоминают о себе. Маленькое представление для восхищённых смертных глаз, маленькая драма, разыгранная талантливыми актёрами...
– И что ты ответил ему, Брюс? – спрашивает Коулсон. Шрам на груди горит невыносимо, в ушах шумит мёртвый ветер Нифльхельма.
– А как ты думаешь, что я, маг и порождение магии, мог ответить богу колдовства? Как ты думаешь, о, отмеченный Хель?..
Беннер вдруг оказывается на ногах – разом, без единого жеста. Коулсон тоже вскакивает – медленно, слишком медленно!..
– Не бойся меня, Филипп. Не потому, что я остался прежним – это не так. Не бойся меня, потому что Локи любит своих детей – и тех, кто им принадлежит.
– Тех, кого им подарил, ты хотел сказать.
– Вот видишь, ты сам всё знаешь... – улыбается Брюс. – Я пойду, Филипп. Мой бог ждёт меня.
– Ты не сможешь!.. Там... охрана... они не пропустят тебя без приказа Фьюри.
– Мне ни к чему идти мимо них, – качает головой Беннер. – Помнишь, что я говорил о магии и Халке?.. Две крайности – материя и энергия, и Халк, как перекос в сторону материи?
Беннер мгновение молчит, потом договаривает:
– ...Но ведь маятник можно качнуть в обе стороны, так? – И тает в воздухе.
Агент Филипп Коулсон долго стоит без движения, потом медленно расстегивает рубашку. Шрамы на груди – от раны и швов – складываются в алые руны.
– Что же мне теперь делать, Госпожа моя?.. – бессильно шепчет Филипп.

@темы: Loki, Fanfiction, Bruce Banner/Hulk, Phil Coulson, The Avengers, слэш

Комментарии
2014-01-29 в 12:56 

ЧайнаяЧашка
мультифандомная дженщина
вааааааа… это прекрасно и страшно =( и грустно
спасибо!

2014-01-29 в 13:39 

Сесна С. [DELETED user]
ЧайнаяЧашка, благодарю :goodgirl:

   

The Incredible Banner

главная